08 октября 2012, 15:45
11

Твитнуть не успеешь

Социальные сети давно переросли стадию «для друзей» и вышли на уровень «для мира». Практически у каждой компании сегодня есть если не ворох корпоративных аккаунтов (Facebook, Twitter, Instagram, ВКонтакте), то хотя бы парочка страниц и фанатская группа. Во многих случаях сказанное сотрудником в онлайне работодатель будет отслеживать, просматривать, делать выводы. Об этом не стоит забывать ни дома, ни, тем более, сидя на рабочем месте.

Серия громких Twitter-увольнений в России началась с «издевательского комментария» стюардессы Аэрофлота. Она цинично высмеивала катастрофу Sukhoi Superjet-100:

Буквально через несколько дней авиакомпания заявила об увольнении Екатерины Соловьевой (@4katrin) уже через свой Twitter-аккаунт.

Правда, Екатерине довольно быстро предложили работу офис-менеджера в столичном офисе крупнейшей российской социальной сети ВКонтакте.

Следующей на очереди была Светлана Колотушкина, представитель пресс-службы Mail.ru. В ходе горячей дискуссии (ВК против Одноклассников), @SvetlanaKolot проявила недюжинный патриотизм и излишнюю разговорчивость. Правда, что именно стало причиной увольнения, так и не ясно: то ли онлайн-активность Светланы, то ли ее поразительная работоспособность. Любовь Зайцева, сотрудник пресс-службы Mail.ru, позже дала комментарий о том, что Светлана Колотушкина в Mail.ru Group никогда не работала.

Третьим (или вторым, но точно реальным) случаем стало увольнение менеджера по работе в социальных сетях «Сбербанка» Екатерины Лобановой. От официального @sberbank в Twitter Екатерина опубликовала сообщение:


Вскоре после этого Екатерину уволили.

ВКонтакте здесь тоже не прошли стороной:

Cвоим мнением по поводу увольнений сотрудников за сообщения в Twitter с нами поделился Андрей Азаров, эксперт в сфере SMM:Считаю, что случаи увольнения из-за Twitter-постов возможны. Стоит только разграничить, за что (и как) стоит наказывать. Во-первых, это разглашение коммерческой тайны. Во-вторых, неуважительные отзывы о продукции, потребителях. В-третьих, ответы от лица компании. Возможны и другие случаи, но эти основные.

Примечательно, что кто угодно может завести фейковый аккаунт от имени своего коллеги и выложить, например, что-то секретное. Скорее всего, никто не будет в этом разбираться. Для служб безопасности Twitter недалеко ушел от понятия биттер и плоттер. Что-то непонятное и неизвестное.

В ситуации со „Сбербанком“ и „Аэрофлотом“ сочеталось и оскорбительное высказывание о потребителях, и грубое нарушение этики. Насколько необходимы увольнения? Я считаю, что беседа с человеком (выговор, лишение части бонуса) даст больший эффект,

Иван Тютюнджи, руководитель пресс-службы HeadHunter, считает, что:

У компаний должны существовать правила поведения сотрудников в социальных медиа — это пойдет на пользу обеим сторонам. Но это должны быть правила-помощники, а не свод запретов. Большинство неудачных записей работников о своей компании случаются не из-за злого умысла, а потому что сотрудник просто не знает как себя вести в неоднозначных ситуациях. Базовые нормы морали и профессиональной этики в таком гайде прописывать, думаю, нет смысла, потому что человек не может вести себя некорректно и непрофессионально только социальных сетях, скорее это комплексная проблема конкретного сотрудника, и она будет выражаться у него во всем и везде, не только в интернете.

Если подбирать людей внимательно и профессионально, а затем относиться к ним уважительно, как к взрослым думающим людям, помогая в сложных вопросах публичной активности, то и мониторить их аккаунты будет не нужно. В случае с Екатериной и „Сбербанком“, очевидно, тактические задачи по количеству ретвитов заслонили собой стратегическую цель всей работы. Нужно всегда помнить, что коммуникационные инструменты существуют не сами по себе, а для решения бизнес-задач.

Зарубежный опыт

Из-за своего неординарного чувства юмора пострадал известный комик Гилберт Готфилд (Gilbert Gottfried), который опубликовал ряд шуток о землетрясениях в Японии 12 сентября 2011 года:

Серия постов стоила юмористу (в этот раз профессиональному) работы: крупнейшая в Японии страховая компания Aflac отказалась от его голоса в озвучке рекламного ролика.

Курьезная ситуация произошла со Скоттом Баротшевичем (Scott Bartosiewicz), social media strategist в New Media Strategies. Зайдя по ошибке под корпоративным аккаунтом Chrysler, Скотт опубликовал следующий твит: I find it ironic that Detroit is known as the #motorcity and yet no one here knows how to fucking drive.

После этого Скотт был уволен, а компания Chrysler отказалась продлевать контракт с New Media Strategies.

Для полного набора российскому медиапространству не хватает крупной Twitter-утечки. Так, например, бывшая участница сериала Glee Николь Кроутер (Nicole Crowther) опубликовала ряд сюжетных спойлеров, за что была уволена. Продюсер сериала, Бред Фалчак (Brad Falchuk) в ответном посте сказал: Надеюсь, Вы [Николь] способны хоть на что-то вне сферы развлечений. Цукерберг не пригласил Николь на работу.

Ранее один из менеджеров Microsoft был уволен за обсуждение в Twitter ряда особенностей нового гаджета Nokia, который попал ему в руки качестве тестового образца. В своих постах Джо Марини описал характеристики, внешний вид и особенности работы смартфона под новейшей операционной системой.

И если в России число подобных увольнений вряд ли достигает 5–10 в год, то на Западе это не столько зарождающийся тренд, сколько объективная реальность. Еще в середине 2010 года The Huffington Post TECH опубликовала список самых громких Twitter-увольнений. Среди поплатившихся за свою излишнюю откровенность были известные спортсмены, политики, актеры.

Возможно, в скором времени в каждом контракте отдельной строкой будут прописаны рамки онлайн-активности каждого конкретного сотрудника. В любом случае, все взаимодействия становятся все прозрачнее, думать приходится все больше — в социальных сетях следить за каждым может не только работодатель, но и коллеги, и потенциальные будущие работодатели. Российские пользователи очень беспечны и часто забывают о настройках приватности, а зря.



📰 Чем живёт digital.
Главное — в рассылке: