05 февраля 2013, 16:31
2

Герой недели: Алена Владимирская, CEO PRUFFI

Альянс RTA и Cossa.ru представляют серию интервью с влиятельными деятелями интернет-рекламы и их индекс влияния. Все интервью доступны по тегу Индекс влияния.

На нашем рынке очень мало людей, у которых узнаваемость практически 100%. Как удалось ее добиться?

Смотря что понимать под узнаваемостью. Долгое время моей фирменной аватаркой было ее отсутствие. Это спасало, потому что на улицах не узнавали. Но когда Facebook заставил меня поставить фотографию, начались страшные вещи. Офис у меня был на Красном Октябре, где людей всегда очень много. Даже во время обеда кто-нибудь подсаживался, приносил резюме или, наоборот, спрашивал о профессионалах. Когда появились аккаунты на Одноклассниках и ВКонтакте, меня стали узнавать повсюду — например, на маникюре. Фактически, я сейчас испытываю все минусы эстрадной звезды, не получая при этом высоких гонораров. Без всякого кокетства, это далеко не всегда приятно. Я никогда не стремилась к популярности специально, не было цели стать звездой Facebook. Я просто писала про то, что мне было интересно. И так совпало, что эти темы оказались интересны для большого круга читателей. Кроме того, PRUFFI первыми начали писать про вакансии и раскрывать топовые зарплаты, что привлекло множество подписчиков.

Корпоративный пакет 2019 на Cossa

«Корпоративные пакеты» Cossa — это особый набор из десяти рекламных опций, включающий баннеры, анонсы в соцсетях и публикации о компании.

Это самый комплексный и высокий по КПД из коммерческих форматов на Cossa.

Узнать больше >>>

Реклама

Давайте начнем с того, как вы пришли к созданию компании. С чего началась ваша карьера?

Родом я из Вологды,  из семьи потомственных журналистов, и у меня с детства была мечта стать главным редактором Elle. Я поехала после школы поступать в МГУ, поступила и успешно училась. Всё шло к тому, что, может, и не главным редактором, но уж точно в Elle я попаду, потому что у меня за плечами была стажировка в Сорбонне, и еще я выиграла один из конкурсов Elle в России. Но потом я забеременела и уехала рожать к маме в Вологду. За это время мой молодой муж нашел себе другую женщину, и я, оставшись с маленьким ребенком на руках, решила уже не возвращаться в Москву. Устроилась на работу корреспондентом в местную газету и довольно быстро стала там самым известным журналистом.

В то время как раз проходили выборы, много покупали в том числе различных платных историй. Я стала хорошо зарабатывать, купила квартиру, машину и думала, что всё так и будет продолжаться. В какой-то момент появились важные московские люди и предложили мне поучаствовать в их проекте. Они намеревались выиграть выборы у местного губернатора и пришли с большими деньгами. Создали медиа-холдинг, я ушла туда и открыла «Эхо Москвы», «Комсомольскую правду» и самую известную в то время общественно-политическую газету в Вологде. Затем я второй раз вышла замуж, и мы с семьёй переехали в Питер. Там по объявлению я устроилась корреспондентом в журнал «Досуг». В течение первых полутора лет доросла до редактора, а потом стала директором по маркетингу.

Как вы перешли на работу в интернет-индустрию?

Издательский дом «Работа для вас» открыл портал Работа.ru. После этого он начал создавать филиалы, и первый, конечно, был в Питере. Это был 2005 год, и никто в нашем издательском доме не хотел браться за этот проект, все говорили: «Какой интернет? У нас газета про трудоустройство, самая крупная в городе!» Для этой работы выбрали самого безумного человека — меня.

Мы очень быстро по объему и трафику опередили HeadHunter. Потом приехали коллеги из Москвы и пригласили меня к себе. В 2007 году мы взяли «Премию Рунета» за портал Работа.ру.

Какая должность была в Работа.ру?

Руководитель проекта. На следующий день после «Премии Рунета» уволили руководителя всего интернет-департамента  Диму Малина. Все просили меня остаться, но мне не хотелось. Я зашла на Pаботу.ru и увидела объявление, что Mail.Ru Group ищет руководителя проекта. Я откликнулась два раза, но мне не ответили, тогда я сама позвонила и напросилась на собеседование. Мы общались с HR очень долго денег предлагали мало, и я подумала: «Что я здесь делаю? Там у меня 40 подчиненных, свой кабинет, хорошая должность…». Потом меня пригласили побеседовать с Дмитрием Гришиным. Мы разговаривали часа 4. Всё было хорошо до того момента, пока он не спросил, какими продуктами Mail.Ru я пользуюсь. А я не пользовалась никакими. Я уже решила, что всё на этом и закончится, но на почте обнаружила оффер. Так я стала работать в Mail.Ru.

Что было на новом месте?

Я очень быстро поняла, что проект «Работа в Mail.Ru» никому не нужен. В отличие от издательского дома Работа для Вас, где это основной ресурс, для Mail.Ru проект незначительный. А меня ещё напугали тем, что директор по маркетингу Анна Артамонова ничего сделать не даст, потому что её лучшая подруга работает на HeadHunter.

Анна оказалась на удивление приятным человеком, мы пообщались, и я дала ей слово, что 15 марта запущу новый проект в полном ребрендинге. Тогда был январь, и никто мне не поверил, но мои намерения были абсолютно серьезны. Все произошло, ровно как я обещала, появился трафик, но в какой-то момент мне стало скучно.

Тогда я стала понимать, что в Mail.Ru достаточно сложная история с хантингом, а мне всегда это было интересно. Прошел слух, что компания собирается делать свой поиск. Я сразу подумала о Владе Шабанове и написала Гришину, что знаю человека, который мог бы отлично возглавить это направление. Я привела Шабанова и через полгода возглавила отдел хантинга Mail.Ru. Причем, я никогда не была НR, я была именно хантером человеком, который находил профессионалов для Гришина, Габриеляна и Артамоновой.

Как пришла идея своего проекта?

Я поняла, что будущее рекрутинга в социальных сетях. Пришла к Гришину и рассказала ему свою идею. Он увидел в ней конфликт интересов, потому что у Mail.Ru тогда был только Мой мир, не было ни Одноклассников, ни  ВКонтакте. В это же время  я познакомилась с Аркадием Морейнисом, и он предложил мне запустить стартап. Трижды я пыталась уйти из Mail.Ru, но Гришин отговаривал меня и давал очень интересные задачи. Когда я всё же ушла, он сказал, что год они меня будут ждать, и если вдруг не получится я смогу вернуться. Плюс к этому, полгода у меня был контракт с Mail.Ru Group как у хантингового агентства, по которому они ежемесячно платили мне некую сумму с расчетом на то, что я приведу определенное количество людей.

В день, когда я ушла из Mail.Ru, мы очень поругались с Морейнисом. Аркадий хотел, чтобы я занималась направлением стартапов. А я к тому времени уже придумала свой проект, который позже и стал Pruffi Friends. Я пояснила, что главное, чем я хочу заниматься это именно Pruffi. А он настаивал на том, что главное его проект. Тогда я сказала: «Нет, Аркадий, я тебе помогу, но, в первую очередь, буду заниматься PRUFFI Friends». Он рассвирепел, сказал, что я делаю маленькое, никому не нужное дело. Эта фраза год висела у меня на компьютере и очень мотивировала.

Что было дальше?

Я осталась ни с чем. Первый домен был зарегистрирован на Морейниса, платежи шли через него же, у меня даже не было своего ООО. Женя Плужник, директор Московской бизнес школы, очень тогда помог. Он мне дал бесплатную комнату на полгода. Я и девочки, которые со мной ушли, пришли из Mail.Ru в маленькую обшарпанную комнату, полностью заваленную бумагами. Так мы начинали.

Как развивался бизнес?

Я вообще уверена, что свой бизнес нужно начинать, когда у тебя уже есть имя, и тогда клиенты приходят очень быстро. Естественно, мы прошли через все проблемы, которые только можно было пройти: ссорились, ругались, испытывали проблемы роста, не понимали ценообразование, брали не те заказы, у нас менялся персонал. Не бывает, чтобы все было сразу прекрасно. С кризисами, с уходом людей, с огромными ошибками, с потерей денег, с какими-то своими победами прожили 2 года.

Сколько в команде было на старте?

Сначала нас было трое, сейчас 18 человек.

Кто сейчас владеет компанией?

Недавно мы заключили сделку с Almaz Capital, и это для нас очень ценно, потому что этот фонд не вкладывается в посевные истории. Изначально в PRUFFI вложился Лёша Басов. Он тогда ещё работал в Begun и поверил в наc. Сейчас основным собственником являюсь я, некоторые доли принадлежат Almaz Capital, Леше и моей коллеге, с которой мы вместе начинали.

Я правильно понимаю, что изначально вы взяли за основу поиск и подбор кадров? Какой пакет услуг вы продавали?

Нет, не совсем. Я с самого начала хотела выстраивать именно истории про социальные рекомендации и рекрутинг. Но вместе со мной и после было много клонов. Почему у них не получилось? Потому что мы, по сути, контентный проект. Чтобы он заработал, нужно было иметь большое количество хороших вакансий и заниматься SMM. Чтобы качественные вакансии появились, нужно было  изначально создавать агентство, которое сможет дать этот контент. Так мы открываем PRUFFI Friends в регионах: я договариваюсь с крупными агентствами, которые предоставляют нам вакансии. Если этого нет — дело не пойдёт.

Как вы собирали свою команду?

На самом деле, никак. Я горжусь тем, что нет ни одного человека, которого бы я хантила. Многие приходили и уходили, потому что со мной сложно работать. Но мы брали всех, кто очень хотел быть с нами. Если им нравилось они оставались, если нет — уходили.

Вы не хантите себе людей, а перекупаете. Я убежден, что, перекупая людей, вы, как правило, покупаете неэффективного сотрудника, который не готов работать.

Нет, это неправда. Если человек не хочет — он не пойдет работать. Большинство людей работать не хотят именно потому, что до них не добрались хантеры и не предложили им что-то интересное. В крупных проектах люди часто не раскрываются, там огромное количество людей, и не всегда видно, кто на что способен. Очень часто человек делает годами одно и то же, и у него появляется апатия, рутина уничтожает его потенциал. Вытащить человека оттуда и дать ему то, что ему интересно и важно — первая задача хантингового агентства.

Во-вторых, люди устают от отсутствия ресурсов. Поэтому не каждый стартап погибает из-за неэффективного менеджера. Он может биться над проектом очень долго, но проиграет из-за отсутствия денег или других ресурсов. Ему нужно просто дать эти возможности.

Правильный хантинг это история не про перекупку. Люди идут иногда на те же деньги, а иногда даже меньшие. Они идут за самореализацией. Нужно найти человека, который максимально по способностям  и желанию подходит на конкретную должность, и вытащить его.

На рекламном рынке говорят о проблеме кадров как о самой остро стоящей. Когда она решится?

Потребления кадров постоянно организовывающихся структур и входящих новых денег на этом рынке гораздо больше, чем инфраструктуры. В результате мы не производим нужного количества кадров. Отсюда возникают «пузыри». Пока отрасль не начнет производить вот этот фундамент, проблема не решится.

Дайте какой-то совет, как на собеседовании понять, что человек подходит под вашу задачу?

Во-первых, вы должны понять, что это «ваш» человек. Во-вторых, не берите сразу: с тестовым заданием или нет, дайте первому впечатлению о человеке «устаканиться» внутри компании. Через некоторое время вы поймете,  подходит вам сотрудник или нет.

В-третьих, не бойтесь брать человека умнее вас.  Не бойтесь учиться у своих сотрудников. В-четвертых, как ни странно, старайтесь никого не хантить: лучшие сотрудники должны приходить к вам сами. Но если вы уже хантите постарайтесь делать это точечно.

И для соискателей: как им понять, что та компания, в которую он пришли, это «их» компания?

Нужно узнать как можно больше про деятельность компании, спросить несколько мнений работающих и работавших там. Не надо покупаться на мифы, профиты в виде массажных кресел, бассейна и бесплатного питания важно смотреть на людей. Обязательно выясняйте, белая ли у вас зарплата. Просите пре-оффер, где должна быть обозначена ваша зарплата, социальный пакет и должность. Пре-оффер не имеет официальной силы в России, но будьте формалистами.

А кто сейчас на рекламном рынке самый востребованный специалист?

Как всегда менеджеры по продажам. Неважно, относится это к SЕО, медийке или контексту. Пока мы не автоматизируем процессы, так и будет. Кроме того, всегда нужны дизайнеры, креативщики, коммерческие директора.

Сколько за 2 года работы вам удалось закрыть вакансий?

Мы неоднократно пытались сосчитать, но сбивались. Больше 400. Но вообще, мы много помогаем: есть некоммерческие вакансии, которые нам интересны, и которые мы считаем важными.

Какой процент из них вы считаете успешно закрытым, чтобы потом люди не были уволены?

Ну, процентов 70%. Из них где-то в 30% я железно уверена, в таких случаях я точно знаю, что человек совпал и предназначен для этой работы.

Как удается все успевать? Сколько часов в день вы работаете?

В последнее время я стала позволять себе один выходной в неделю. Но обычно каждый день по 14 часов. Когда происходила сделка с фондом — был ад, потому что днем я работала, а ночью общалась с американскими юристами. Тогда я не спала по 20 часов в сутки, и однажды уснула прямо на ходу, поднимаясь по лестнице.



📰 Чем живёт digital.
Главное — в рассылке: